Previous Entry Share Next Entry
5. Творчество
te2017
альпинист, который покорил гору, сделал это только
потому что сначала гора покорила его
Что есть творчество? Создание нового? Хорошо, а что такое "новое"?
В гештальт психологии есть понятие инсайта. Если достаточно вольно его привести, то это мгновенное осознание ситуации(проблемы) в целом. И соотвественно способа её решения тоже.
Вертгеймер, например, пишет, что новая мысль появилась не в качестве некоего возможного высказывания, общего положения или веры, но как «интуиция»: усмотрение в структурированной фигуре внутренней связи... Эта интуиция быстро кристаллизовалась в два способа действий. Он как бы возвращает интуитивным актам их законное место, которое они занимали в учении Платона, где интуиция была одним из средств интеллекта. Другими словами, он не только восстанавливает прежний смысловой образ интеллекта, но и дает собственную интерпретацию и делает его предметом экспериментального исследования. В продуктивном мыслительном процессе, описанном Вертгеймером, несколько упрощая, можно выделить следующие  основные стадии.
А. Возникновение темы. На этой стадии возникает чувство необходимости начать работу, чувство «направленной напряженности», которая мобилизует творческие силы.
Б. Восприятие темы, анализ ситуации, осознание проблемы. Основной задачей этой стадии является создание интегрального, целостного образа ситуации, говоря современным языком, ее образно-концептуальной модели, адекватной той ситуации,
которая возникла в связи с выбором темы и которая является сферой кристаллизации проблемы, подлежащей решению.
В. Работа над решением проблемы. Она в значительной степени протекает неосознанно (решение может прийти ночью), хотя предварительная и весьма напряженная, сознательная работа необходима. Эта предварительная работа может рассматриваться
как средство создания специальных средств (А. А. Ухтомский назвал бы их функциональными органами) для решения проблем. Примером мо-
жет служить тренировка в визуализации проблемной ситуации, превосходно описанная Вертгеймером.
Г. Возникновение идеи решения (инсайт). Эта стадия хорошо описана не только Вертгеймером, но и многими авторами до и после него. Однако природа явления остается неясной.
Д. Исполнительская стадия, не требующая и особых пояснений.
Из книги "продуктивное МЫШЛЕНИЕ"
Вступительная статья доктора психологических наук            В. П. Зинченко
Будет очень много цитат.
Эти фазы, мы еще встретим во многих других местах. Правда их не 5, а скорее 4. Первые две стадии легче представить как одну, с частичным переносом в третью. Гельштат-терапия, кстати и гельштат психология, это вещи весьма разные. Хотя Перлз и использовал идею гештальта в  своей работе. Эта волшебность, таинственность инсайта, на самом деле в не меньшей мере есть и в первоначальной стадии. В еще одном слове на И - импринтинг. Импринтинг, явление не менее загадочное и волшебное. Но, чтобы иметь хоть какие-то основания заявлять об отношении импринтинга к первой стадии инсайта сначала придется кое-что вспомнить об архетипах. Итак гештальт - это образ, целое. В частности, не просто образ, а образ действий. А это уже вплотную подходит к архетипу. Один из моих любимых авторов, Олег Давыдов, очень интересно писал об этом в "переменах".
"В экскурсе «Теменос» (так греки называли места силы), я пояснял, что архе – это некий изначальный сюжет, связанный с нуминозом, духом, богом, его священная история. Можно сказать, что архе – это сценарий, свернутая последовательность
событий, которая может развернуться в виде театрализованного представления во время праздника, посвященного богу, или поэтического повествования (как, например, об Одиссее и Цирцее). Но архе может развернуться и сама собой, как бывает в каком-нибудь сне или естественном процессе, вроде роста растения.
Поэтому Аристотель и говорит, что фюсис – это архе движения, изменения, перемен.

Философ различает четыре типа изменений: перемены сущности (возникновение и уничтожение), перемены количества (рост и убыль), перемены качества (превращения), перемены места (перемещения в пространстве). В любом случае изменение – это переход из одного состояния в другое, от А к В. И состояние В Аристотель рассматриват как цель движения, которое – чем-то (или кем-то) осуществляется, делается. В IX книге «Метафизики» читаем: «Ибо дело – цель, а деятельность – дело, почему и «деятельность» (energeia) производно от «дела» (ergon) и нацелена на «осуществленность» (entelecheia)». Какие знакомые слова: «энергейя», «энтелехейя»...
Как видим, Аристотель намечает самый общий сценарий, по которому происходят все изменения, ведущие к некоторой цели."

Воспроизведение сценария изменения является творчеством или нет? Сложный вопрос, примерно такой же, как например - является ли обучение, наукой. Или сохранение чего-либо, его добычей (подразумевая, что вне сохранения, это будет утеряно).
Я бы сказал, что воспроизводство культуры, это тоже творчество, хотя оно и не обязательно столь же ново. Это момент интересный, но слишком сложный.
Лучше последуем за Олегом в его экскурсе про архе, тем более, что там есть что-то как раз про область творчества.

Откроем «Поэтику», в ней Аристотель говорит, что поэзия вообще есть подражание, а трагедия – «подражание действию». Какому действию? «Действию, жизни, счастью: а счастье и несчастье состоят в действии». При этом «трагедия есть подражание действию законченному и целому... А целое есть то, что имеет начало, середину и конец». Ясно, что эти элементы соответствуют «возможности», «деятельности» и «осуществленности» аристотелевской физики, минимальному сценарию развития всякого архе. Но это не все. «Подобно тому, как в других подражательных искусствах единое подражание есть подражание одному предмету, так и сказание, будучи подражанием действию, должно быть подражанием действию единому и целому, и части событий должны быть так сложены, чтобы с перестановкой или изъятием одной из частей менялось бы и расстроивалось целое»

Аристотель, говорит о творчестве, как о подражании "природе". Но в его мироописании, эта "природа" разумна, подражании, не слепой силе, а разумной. Человек не выделен из природы, и потому подражании человеческой деятельности, не входит в противоречие с подражании природе. Но тут можно кое-что почерпнуть - задача творца, в смысле человека, выделить что-то целое из потока жизни. И выразить это в какой-то форме. Но целое, это архе, как его поймать. Или как позволить ему поймать себя. Здесь позволить себя поймать, это в большей степени поймать, чем попытаться поймать самостоятельно. Уровни рефлексии.

В трагедии «не для того ведется действие, чтобы подражать характерам, а наоборот, характеры затрагиваются лишь через посредство действий; таким образом, цель трагедии составляют события, сказание, а цель важнее всего». Но цель важна не потому, что рок ведет к чему-то ужасному, а потому что при этом развертывается архетипическое действие. Архетип, а не ужас приводит к катарсису. Историки тоже часто изображают ужасное, но разница между историком и поэтом, говорит Аристотель, в том, что первый изображает то, что было, а второй – то, что могло бы быть: виртуальное. Историк – репортер, а поэт – знаток и хранитель кодов архе.
Что еще может нам рассказать Давыдов, да еще очень слишком много чего. В том числе как раз и про эти четыре этапа, и про импринт.

Ну можно как-то понять механизм запечатление(импринта), неважно растянутого по времени или нет. Отпечаток чего-то на чистой поверхности. Фотография. В этом свете представления дикарей о том, что фотограф украл их душу, не лишены смысла))
У Эйва Дэвидсона есть произведение "Феникс и зеркало", которое эмоционально довольно глубоко открывает эту тему. Но интересно и другое - что заставляет следовать за этим образом, или его воспроизводить. Сам термин предложен Конрадом Лоренцем, который открыл явление запечатления, изучая серых гусей. А запечатление служило гусятам для поиска матери, а потом этот же образ использовался для поиска полового партнера. И пересечение с женским в процессе развертывания архе  мне не кажется случайным.
У Давыдова можно прочитать и очень откровенное объяснение, и более понятное:

Если говорить об Индии, то там обычно в божественном акте сопряжены Шива и Шакти. Нам говорят: Шакти – энергия бога. Но это неправильно. Шакти отнюдь не энергия в современном понимании этого слова, Шакти – это энергейя, раскрытие смысла, актуализация архе. Любовь Шивы и Шакти – ровно то, что Аристотель назвал движением, имеющим начало в самом себе (а китайцы – и, переменами). Здесь в одном акте даны и потенция (динамис), и действие (энергейя), и завершение (энтелехейя). Шакти здесь – энергейя, но уже и энтелехейя (Аристотель часто использует эти слова как синонимы). Кстати, слово «энергейя» переводится на латинский язык словом «акт», действие. Отсюда и наши «активность», «актуальность», «актер и актриса». Объяснял также то, что избушка на курьих ножках это таможня на границе миров. Здесь добавлю: дверь на тот свет – в бабьем естестве. Аристелевская концепция Бабы как энергейи, которая ведет вас за член к некоей цели («вечная женственность тянет нас к ней»,– скажет Гете), – лишь одна сторона медали, позиция победившего патриархата. А матриархальная позиция заключается в том, что Баба – путь.

Но это можно сказать про вектор, импульс который задает развитие событий. А как же с фазами его развития.
Я пропущу второй этап развития событий. Это довольно утомительно путешствие по аду. В случае творчества - это творческие муки и поиски.
Давыдов дальше переходит от путешествия к структуре перемен. И переходит к китайской книге перемен. Это, на первый взгляд,  к творчеству отношения не именеет. Но творчество вообще говоря основа жизни, просто иногда это одно и то же "творчество", когда человек одержим одним и тем же архетипом. Становится его невольным хранителем, или можно сказать едой.

Мы обычно печенками чуем, что нас понесло, что нам повезло... О, попёрло! Но прежде, чем понесет, ты должен попасть в поток (в случай). Момент попадания как раз и называется юань. Его тоже можно заметить. Как правило, это какой-то толчок, бодрящее замирание сердца, уход почвы из-под ног. Такой толчок – ни что иное, как начало движения ести (ци) в тебе или возле тебя. Как это перевести? Виногродский переводит как «главное». И комментирует: «Главное – ЮАНЬ, которое может также трактоваться как Великое или Изначальное, – это начало процесса проникновения или возникновения ситуации (предмета – явления) в поле твоего внимания». Сразу видно, что человек имеет богатый опыт контактов с потоками, но – не находит слов для его выражения (новый перевод юань как «осмысление» тоже уводит от сути). Шаман понимает юань как «толчок», «толкнуло», «торкнуло», «тыр». Или еще так: «раз». В смысле: «раз и поехали», «раз – поперло», «пошел вразнос», «раз, два»…

Толкнуло, несет, но – куда? Когда шаман говорит: «Раз, два, три…», – это: юань, хэн, ли... Виноградский переводит слово ли как «польза» (теперь – «выгода») и поясняет, что «это стадия, которая выражается в наличии плодов от предыдущих этапов процесса. И может также переводиться как Применение, Урожай, Результат и т.д.». В это «и т.д.» я бы включил слова «готово», «готово дело», «есть», «вот» (в смысле – «вот оно, уже есть»). А совсем коротко: «во». В таком случае юань хэн ли будет звучать по-русски так: «толкнуло – несет – готово (есть)». Или: «раз – прёт – вот». Что, в сущности, характеризует любое движение, имеющее конец и начало в самом себе, любые перемены, ведущие к цели, любое развитие архе, любой целостный сюжет. «А целое есть то, что имеет начало, середину и конец», – говорит Аристотель в «Поэтике». Это – о трагедии, в которой должно быть единство действия: «Тыр – пыр – дыр». Но это – не все

Китайская традиция толкует Четыре дэ как (цитирую Виногродского) «фазы временного цикла, стадии процесса: Начало, Развитие, Получение результатов, Сохранение». Шаман легко узнает в этом элементы учения Аристотеля о движении (см. экскурс «Фюсис» ), то есть – о переменах. Что такое, спрашивается, «получение результата» (ли), как не Аристотелевская энтелехейя? И соответственно, «развитие» (хэн) – это энергейя, процесс развертывания архе. А «начало» (юань) – это архе (что переводят с греческого как «начало») в своей потенциальности (динамис). Любой процесс начинается переходом от возможности (динамис) к реализации (энергейя). Такой переход представляет собой начало: толчок, раз… Дальше происходит его осуществление (несет, прёт), согласно сценарию конкретной разворачивающейся архе. И в этом сценарии уже содержится его завершение, осуществленность (энтелехейя), которая придает процессу определенную форму, делает его законченным: готово, есть.

Эта картинка кстати весьма интересна, особенно своим квадратом по центру. Я его уже встречал недавно кое-где :) Скажем так в области гуманистической психологии и о тех же пресловутых архетипах.
Ну и в последней фазе весьма любопытный момент в творчестве, который демонстрирует, что инсайт это еще не всё.

Ситуация, на которую указывает иероглиф чжень (когда он входит в формулу сы дэ) принципиально двусмысленна, ибо в ней всегда есть два аспекта: «я делаю» и «мной делается». Переходы между «я» (личностность) и «ся» (возвратность) обычно неуловимы изнутри, хотя могут быть прекрасно видны со стороны. Вот к этим наблюдаемым извне переходам, переключениям из одного состояния в другое и можно отнести слова «выдержка» или «стойкость». Однако чжень – все же нечто другое. Это, скорей, подвижное сочетание яйности и сяйности (сейчас это, может быть, и не до конца ясно, но в свое время мы подробнее поговорим о взаимодействии «я» и «ся), процесс, в котором заключена возможность соучастия двух сущностей: потока и человека, архетипа и индивида. Поток как целостность архе представлен своей осуществленностью, энтелехейей, ли, а человек – своей самостью, самостояньем, собью, чжень, тем, что может проявить стойкость или не устоять.

Но тогда сочетание ли чжень – это не только «благоприятное гадание», это в первую очередь связь процесса перемен с яйностью, отождествление «того» и «этого», демона и этоса, потока и того, кто в нем движется. Поскольку в осуществленности (готово, есть) представлен целиком весь поток (который может обладать своим «я»), постольку ли чжень должно звучать по-гречески так: «энтелехейя (архе, демон) – этос». А по-русски: «готово (есть) – яйность (собь)». Или попросту: «вот – я». В этом единстве «вот – я», в этом со-бытии (совместном бытии), в этом отождествлении «я» потока и «я» человека, – потоку снится, что он человек, а человеку – что он поток. В таком сне можно увидеть много чего интересного, но это уже – в следующий раз.

Остался только еще один "небольшой" вопрос - где собственно источник этой новизны, архетипов, которые могут "покорить" человека. Кто создает архетипы, в этом же, кстати, и вопрос свободы воли заключается.Это довольно типичный парадокс - наблюдаемого и наблюдателя, активности и пассивности, любой дуальности в общем. Давыдов пишет об этом парадоксе и о Абраксасе.
Такое «созерцание в его исконном виде», конечно, не знает ни о каких «искусственных абстракциях». Но фокус в том, что европеец уже сформатирован так, что все его попытки мыслить противоположности как единство — упирается в парадокс.

Говоря об Абраксасе (здесь) и Самости (здесь), я иллюстрировал это при помощи схем одного очень знающего (в том числе и европейскую философию) хакасского шамана (тут вот немного о нем). Сейчас лишь напомню, что по его выкладкам взаимодействие противоположностей может быть двух типов. Во-первых, простое пограничное взаимодействие, когда точка соприкосновения противоположностей (Х) принадлежит обеим граничащим сферам (рис.1). И, во-вторых, парадоксальное взаимодействие, когда точка Х принадлежит каждой из сфер и одновременно не принадлежит ни одной из них, поскольку принадлежит общей, надстроенной над обеими сферами системе, объединяющей противоположности (рис.2). Имея это в виду, посмотрим на Самость, которую Юнг описывает как «виртуальную точку между сознанием и бессознательным».
Совершенно очевидно, что Самость — не просто пограничная точка между сознанием и бессознательным, Самость — это система над противоположностями (как Абраксас — Бог над Богом и Дьяволом), вбирающая эти противоположности в себя (то есть — не точка Х, соединяющая/разделяющая сферы А и В, но такая точка Х, которая преобразует сферы А и В в единую систему АВ). Эта система, включающая в себя сознание и бессознательное (син и мин, А и В), должна обладать, в частности, следующим парадоксальным свойством: если она сознательна (принадлежит сфере сознания), то она бессознательна (не принадлежит сфере сознания), а если она бессознательна, то — сознательна. Сам Юнг формулировал этот парадокс в разное время по-разному, а толковал обычно в том смысле, что нечто, являющееся сознательным в одном отношении, бессознательно в другом. Однако такое толкование — лишь следствие принципиальной парадоксальности системы, вобравшей в себя противоположности. А по сути, у парадоксальных систем особая логика. Скажем так: логика дао.


Для "самого творчества" совершенно неважно кем считает себя человек, в какой точке находится его осознание - захвачено ли его сознание бессознательным, или наоборот. Или он где-то посередине. Для человека, это куда важнее, разумеется.
Абраксас является всем, как познанным, так и не познанным. А новое появляется на стыке познанного и нет. Но в изначальной целой структуре.
Т.е. речь не обязательно о том, что нечто из неизвестного становится известным. Вполне рабочим может быть вариант, когда нечто несуществующее, становится существующим. Можно еще сравнить с масштабированием самоподобного множества, когда детализацию можно создавать на лету.

?

Log in